Ошо - Приходи, следуй за Мною. Беседы по притчам Иисуса. Том 1

Введение

Я впервые встретил Бхагавана Шри Раджниша в его ашраме в Пуне, Индия. Эта встреча была чревата многими последствиями. На следующий день должен был начаться десятидневный медитационный лагерь, и в этот вечер новые посетители ашрама должны были встретиться с Бхагаваном. Перед воротами его бунгало собралась весьма космополитичная группа. Здесь был средних лет гештальт-терапевт из Канады, молодой немецкий хиппи со своей застенчивой подругой, изящная кареглазая девушка, которая, как я потом понял, управляла публичным домом в Париже, молодой кинорежиссер из Великобритании, пожилая артистическая пара из Америки и я сам, католический священник.

Нас провели за дом, где во внутреннем дворике сидел Бхагаван. Внезапно я погрузился в энергию горячей любви. Его лицо лучилось светом, на нем была самая добрая и ласковая улыбка, которую я когда-либо видел. Его глаза сияли чистотой и пронизывали человека до самых глубин. В это мгновенье я понял, что встретил человека, бывшего там.

Одно за другим назывались наши имена, и мы подходили и садились перед ним. Первым был молодой хиппи, который сказал Бхагавану, каким бестолковым он был и как бы он хотел стать более разумным. Бхагаван сгорбил плечи, как еврейский комедиант. «Зачем быть толковым? - спросил он. — Это же прекрасно — быть бестолковым».

Парень серьезно посмотрел на него и сказал на ломаном английском: «Но весь день бестолковый!!» Все засмеялись. Но я не смеялся. Потому что я завидовал искренности этого мальчика. Багаж моей головы с ее книгами, наградами в области теологии, красноречивыми проповедями и страстью к философскому морализированию тяжким бременем возлежал на моих плечах. Я вспомнил, что две тысячи лет назад Иисус благодарил своего Отца за то, что тот открыл ему таинство царства искренности.

Следующей была девушка из Парижа, к которой Бхагаван обращался с такой добротой и любовью. Моя голова кружилась, так как тексты Евангелий, которые я изучал и проповедовал так много лет, глубоко вошли в мою плоть и кровь. Грешники и шлюхи входили в царство впереди священников и фарисействующих моралистов.

Когда было названо мое имя, я на четвереньках пробрался на свое место перед ним. Когда он начал говорить, я почувствовал, что откуда-то из глубины души наружу рвутся конвульсивные рыдания. Скоро я плакал как маленький мальчик, которого сначала потеряли, а потом нашли и привели домой. Он засмеялся, когда ему сказали, что я был священником. «Это очень хорошо, - сказал он, - но храм исчез». И снова слова Иисуса эхом отозвались в моих ушах: «Моему Отцу будут поклоняться не на вершинах гор, а в душе и в искренности».

Родился Новый Век. Духовное не будет приостановлено какими-то установлениями, церковными или политическими. Оно не будет содержаться в формулировках догматов веры, в философских морализированиях или в теологических рассуждениях. Оно выйдет за пределы всяких интуитивных прозрений, литературных или поэтических. Оно будет реальностью.

Бхагаван Раджниш совершил путешествие. Он семя, которое умерло, а теперь расцветает в чистую истину. Он совершил путешествие в необозначенные на карте запредельные земли. Он проник в Неизвестное и стоит там, полный любви и чистоты.

В течение следующей недели я каждое утро посещал его беседы, посвященные Иисусу. Я слушал их вместе с четырьмястами саньясинами и посетителями. Эти беседы составляют эту книгу. Когда вы прочтете ее, вы почувствуете внутреннюю умиротворенность. Вам будет казаться, что вы знали это все время.

Святой Августин сказал однажды, что Бог стал человеком, а человек может стать Богом. Бхагаван Раджниш прошел через смерть и воскрес. Он еще один Христос, еще один Будда. Но каждый день он напоминает нам, что нужно проснуться - осознать, что мы тоже божественны, что мы тоже можем быть там. Мы просто должны умереть. Вот мое любимое воспоминание: Бхагаван сидит в своем кресле, он нагибается к нам, простирая руки, и говорит: «Позвольте мне помочь вам умереть».

Может быть, эти беседы Бхагавана помогут вам умереть, чтобы вы могли более глубоко ощущать вкус жизни.

Свами Ананда Бодхидхарма

 

Беседа 1

И слово стало плотию

21 октября

1975г. Пуна

 

Евангелие от Иоанна, глава 1

1. В начале было Слово, и слово было у Бога, и слово было Бог.

3. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть.

4. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.

5. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его.

6. Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн.

7. Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали через Него.

8. Он не был свет, но был послан, чтобы свидетельствовать о Свете.

11. Пришел к своим, и свои Его не приняли.

12. А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божьими.

14. И Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу как единородного от Отца.

16. И от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать.

17. Ибо закон дан чрез Моисея, благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа.

Я хочу говорить о Христе, но не о Христианстве. Христианство не имеет ничего общего с Христом. Фактически христианство против Христа - так же, как и буддизм против Будды, а джайнизм против Махавиры. Христос сам по себе является чем-то таким, что нельзя организовать: сама природа его является бунтом, а бунт невозможно организовать. Организуя его, вы убиваете его. Тогда остается мертвый труп. Вы можете поклоняться ему, но преобразовать он вас не сможет. Вы можете тащить свою ношу через века и века, но она будет только обременять вас, а не освобождать. Вот почему, пусть с самого начала все будет абсолютно ясным: я целиком и полностью за Христа, но ни одна моя даже самая мельчайшая частица не за христианство. Если вы хотите Христа, вы должны выйти за пределы христианства. Если вы слишком цепляетесь за христианство, вы не сможете понять Христа. Христос за пределами всех церквей.

Христос является самой сутью религии. Во Христе реализуются все стремления человечества. Он есть редкий синтез. Обычно человеческое существо живет в агонии, муках, беспокойстве, боли и страдании. Если вы посмотрите на Кришну, то он придерживается другого полюса: он живет в экстазе. Здесь нет никакой агонии, страдание исчезает. Вы можете его любить, вы можете какое-то время с ним танцевать, но мост отсутствует. Вы в страдании, он в экстазе - где же мост?

Будда ушел еще дальше. Он ни в страдании, ни в экстазе. Он абсолютно молчалив и спокоен. Он так далеко, что увидеть его можно, но поверить, что он вообще существует, трудно. Он появляется как миф, как сокровенная мечта человечества. Как может такой человек ходить по этой земле, так превосходя все страдания и экстаз? Он слишком далеко отсюда.

Иисус есть кульминация всех ожиданий. Он страдает так же, как и вы, как любой рожденный человек - он страдает на кресте. И он в таком же экстазе, в который иногда входил Кришна: он празднует; он песня, он танец. Он также и трансценденция. Бывают моменты, когда вы подходите к нему все ближе и ближе, когда вы видите, что его внутренней сущностью является не крест, не празднование, а трансценденция, превосхождение всего этого.

В этом красота Христа: мост существует! Вы можете постепенно приближаться к нему, а он может подвести вас к неизвестному, - и так медленно, что вы даже не заметите, когда точно вы перешли границу, где вы перешли из известного в неизвестное, где мир исчезает и появляется Бог. Вы можете доверять ему, ибо он на вас так похож - и все же не похож. Вы можете поверить в него, потому что он часть вашего страдания; вы можете понять его язык.

Именно поэтому и стал Христос такой вехой в истории человечества. Не случайно рождение Иисуса стало самой важной датой в истории. Так и должно быть. До Христа - один мир, после Христа - совершенно другой мир. Он есть демаркационная линия в сознании человечества. Существует так много календарей, так много способов исчислять даты, но тот календарь, который основан на Христе, является самым значительным. Что-то изменилось в человеке с его появлением. С ним что-то проникло в сознание человека. Будда прекрасен, превосходен, но он не от мира сего. Кришну можно любить, однако же, отсутствует мост. Христос же сам является мостом.

Исходя из этих соображений, я и решил говорить о Христе. Но не забывайте, что я говорю не о христианстве. Церковь всегда направлена против Христа. Если попытаться организовать бунт, то он должен потерпеть крах. Нельзя организовать бурю, как же можно организовать бунт? Бунт только до тех пор является истинным и живым, пока он является хаосом.

С Иисусом хаос врывается в человеческое сознание. Сегодня организация уже не может быть навязана извне, обществом; порядок должен быть привнесен в само ядро твоей сущности. Христос внес хаос. Теперь вам бы надо было родиться из этого хаоса совершенно заново; порядок, идущий из самого внутреннего ядра сущности, не есть новая церковь, а наоборот - новый человек; не новое общество, а новое человеческое сознание. В этом - откровение.

А эти слова из Евангелия от Иоанна - как часто вы их, по-видимому, слышали, как часто вы их уже читали! Они стали почти бесполезными, бессмысленными, незначительными, тривиальными. Их так часто повторяли, что сейчас в вас более не бьет колокол, когда вы их слышите. Однако в этих словах огромный потенциал. Их смысл, возможно, потерян для вас, но если вы будете немного более бдительными, более осознающими, то смысл этих слов может быть снова возвращен. Чтобы вернуть их значение, нужно бороться... так же, как вы отвоевываете сушу у моря.

Христианство окутало эти прекрасные слова таким большим количеством интерпретаций, что их первоначальная свежесть исчезла в устах священников, которые просто повторяют как попугаи, не зная, что они говорят, - не понимая, не колеблясь, не дрожа от святости этих слов. Как механические роботы, они просто повторяют только слова. Их жесты не настоящие, так как все только заучено.

Меня однажды пригласили в христианский богословский колледж. Я удивлялся, когда они водили меня по колледжу. Это один из самых крупных богословских колледжей в Индии: каждый год они выпускают от двухсот до трехсот христианских священников и миссионеров, а обучение длится пять лет. Их обучали там всему: даже тому, как стоять на церковной кафедре, как говорить, как акцентировать на чем-то внимание, как жестикулировать руками - все им нужно было преподать! Тогда все становится фальшивым, каждый будет производить, только пустую жестикуляцию.

Эти слова - как огонь, но из-за многовекового повторения, попугайства, на этот огонь попало много пыли. Я постараюсь его снова разжечь. Будьте очень бдительными, ибо сейчас мы вступаем на издревле известный путь, но совершенно неизвестным образом. Мы вступаем на очень хорошо известную территорию, но с совершенно иным, новым отношением к ней. Территория эта очень древняя. Мои усилия будут направлены на то, чтобы дать вам новое сознание для разглядывания ее. Я бы одолжил вам свои глаза, чтобы вы могли увидеть старые вещи в новом свете. А если у вас новые глаза, все для вас станет новым. Слушайте:

В начале было Слово, и слово было у Бога, и слово было Бог.

Упанишады кажутся лишь слабым звуком, Веды бледнеют от зависти: В начале было Слово.

Что означают слова Евангелия: в начале? Христиане интерпретировали это так, как будто действительно было какое-то начало. Они интерпретировали и использовали эти слова в начале, как если бы они показывали что-то о начале времени. Но как без времени, может быть начало? Для того чтобы что-то началось, должно сначала появиться время. А если вообще не существует времени, что же тогда будет означать в начале?

В начале является частью времени и не может предшествовать ему. Таким образом, в начале не означает, что был день, когда бог создал мир. Это абсолютная глупость. В начале не означает начала всего, потому что начала никогда не было - и может быть не будет и никакого конца. Бог вечен, Его созидательная деятельность является вечной. Так всегда было и так всегда будет.

Вокруг этих слов в начале на протяжении столетий велось много споров. Существовали даже глупцы священники и епископы, которые пытались установить точную дату: за четыре тысячи и четыре года до рождения Христа, в некий понедельник, было начало мира! А что делал Бог до этого? Целая вечность предшествовала этому - четыре тысячи и четыре года - всего лишь краткий миг по сравнению с этим. А что Он делал до этого? Совсем ничего не делал? Тогда почему же Он вдруг в определенное время начал свое творение?

Это было проблемой, но проблема возникла из-за неправильной интерпретации. Нет, в начале - это только образное выражение. Где-то нужно, в конце концов, начинать; Евангелие должно где-то начаться. Жизнь - это вечность. Жизнь никогда нигде не начиналась, но история должна где-то начаться, и любое священное писание должно иметь где-то начало. Совершенно произвольно нужно найти определенные слова и нельзя отыскать ничего лучше, чем в начале. В начале просто означает, что мы не знаем, когда.

Но с самого начала, если оно вообще было, был Бог как созидающая сила. Позвольте мне выразиться следующим образом: Бог есть созидание. Вы можете даже опустить слово «Бог». Даже само Евангелие избегает слова «Бог». В начале было Слово, и слово было у Бога, и слово было Бог.

В начале было Слово. О каком это слове здесь идет речь? Что это за слово? Тот, кто познал истину, хорошо знает, что бессмысленно называть Бога каким-либо именем. Нет имени, нет определения, и все слова ничтожны, они не смогут охватить целое. Слово опять же, является только стилистическим средством для указания чего-то безымянного, неизвестного. В начале было Слово.

Иудейство, которое предшествовало Иисусу, и вершиной творения которого был Иисус... Иудаистский дух нашел в Иисусе свое воплощение. Конечно, они отвергли Иисуса, но это уже другая история. Часто случается так, что некто, кто живет среди вас, приводит целый народ к самореализации, но эта самореализация настолько бесконечна, так необъятно велика, а вы настолько ниже всего этого, что вы не верите в это и отрекаетесь от этого.

Христос вознесся высоко. Иудеи столетиями ждали этого человека - видите иронию, - они столетиями ждали, что появится этот человек; все их надежды были устремлены к этому человеку, который изменит их жизнь и построит для них на земле Царство Божие... а затем появляется этот человек, и именно те, кто его ожидал, не могут поверить ему, не доверяют ему. Что случилось?

Они были слишком увлечены самим ожиданием. «Если это тот самый человек, то, что же тогда мы будем делать?» Тогда с ожиданием покончено, должно быть покончено. А они так долго ждали, что уже более ничего, кроме ожидания, не делали. В религиозном аспекте это было все, чем они вообще занимались: ожидали пришествия Сына Божьего. А теперь этот человек вдруг появляется и говорит: «Я здесь».

И вместо того, чтобы идти за этим человеком, им лучше опять спрятаться за ожидание... ибо один взгляд на этого человека означает конец. После этого уже нечего будет ждать. Будущее исчезнет, надежда исчезнет, пророчество исчезнет. Этот человек стал бы всеобщей надеждой, всеобщим пророчеством, уничтожил бы будущее - это уж слишком! Древний разум стал одержимым своим собственным ожиданием, собственным страданием, собственным разочарованием — это было слишком для него.

Так случается: если ты слишком долго болел, ты начинаешь потихоньку втягиваться в свою болезнь. Теперь ты боишься снова выздороветь, тебя пугает то, что тебе снова нужно возвращаться в свое учреждение, в рыночную суету. Два года ты отдыхал, был свободен от всех забот; ты позволил себе расслабиться. Теперь снова ответственность! И не только это; в течение твоей болезни тебе все сочувствовали. Ты стал центром семьи, друзей, знакомых, все были к тебе доброжелательны. И теперь снова возвращаться в грубый и жестокий мир - ум отшатывается от этого. Кажется, что не стоит этого делать.

Если народ слишком долго ждал... а иудеи всегда были в состоянии ожидания. Они и сейчас еще ждут, - а человек был здесь и снова ушел. Но они слишком много вложили в ожидание. Их ожидание стало их молитвой; их синагоги есть не что иное, как залы ожидания для мессии, который придет сюда. А он уже был там!

И я говорю вам: если он придет снова, - хотя я не думаю, чтобы он снова повторил ту же ошибку, - если он придет снова, иудеи снова не примут его. Ибо что же тогда будет с их ожиданием? Они слишком долго жили этим. Их тюрьма стала их домом, и они ее украсили. А теперь нужно выйти под суровое, открытое небо - под палящее солнце, под дождливые облака, где подчас холодно или жарко, - это опасно. Они укрыты.

В начале было Слово...

Иудеи всегда настойчиво подчеркивали, что имя Бога произносить нельзя, ибо это то, что нужно хранить глубоко в своем сердце. Произнести его означало бы сделать его мирским, сделать частью обычного мира и языка. Повторять его снова и снова означало бы потерять его значение и смысл.

Если ты кого-то любишь и в течение всего дня говоришь: «Я люблю тебя, я люблю тебя...», - то предмет любви будет вначале счастлив, но рано или поздно ему это надоест. «Я люблю тебя, я люблю тебя...» Ты делаешь прекрасные слова бессмысленными. Не произноси их так часто, тогда они будут иметь силу. И как раз те, кто действительно любит, возможно, вообще слов не употребляют. Если любовь не проявляется сама собой, она не может быть высказана, - нет необходимости о ней говорить. А если она сама себя обнаруживает, что же тогда еще нужно говорить? Может быть, несколько ключевых слов, которые вы редко, только очень редко употребляете. Они должны храниться для редких случаев, в которых вы прикасаетесь к вершине.

Иудеи всегда настаивали на том, что имя Бога не должно быть на устах. В старые времена был обычай, что только священнослужители высокого сана храма Соломона имели право его произносить - и только один раз в году. Никто другой не мог этого делать. И, таким образом, Слово - это код, код для имени Бога. Что-то нужно использовать, чтобы указать на Него, а это такой прекрасный код: Слово. Они не употребляют какие-то конкретные слова, они просто говорят: Слово. То же самое случилось и в Индии. Спросите у сикхов, последователей Нанака. Они говорят: Нам - Имя. Они не называют имени, они просто говорят: Имя. Это означает то же, что и Слово.

Только священник высокого сана имел право его произносить, но он должен был очиститься. Целый год проводил он очищение; он готовил себя в постах и молитвах. Затем один раз в году вся община собиралась, но даже тогда священник не произносил слово перед толпой. Он шел во внутреннее святилище храма, двери закрывались. В глубокой тишине, где никто его не мог услышать - толпа ждала снаружи, и не было возможности что-либо услышать, — он произносил имя с необыкновенной торжественностью, любовью и ужасом. Он произносил имя от всего общества.

Именно в этот счастливый день произносилось имя. После этого в течение всего года имя нельзя было произносить. Его нужно нести в сердце, оно должно быть как семя. Если вы будете постоянно вынимать семя из почвы, оно никогда не прорастет. Храните его глубоко внутри. Поливайте его, защищайте его, но храните его в темноте так, чтобы оно могло всходить, умирать и снова возрождаться.

Имя Бога нужно хранить глубоко в сердце. Даже ты сам не должен его слышать. Оно должно быть так глубоко в тебе, в самых сокровенных твоих глубинах, чтобы оно не стало даже твоей мыслью. В этом весь смысл удаления священника в самое внутреннее святилище. Никто не слышит, двери заперты, и он произносит имя один единственный раз. Смысл этого вот в чем: приди в самое сокровенное святилище твоего сердца, очистись, и время от времени, если ты почувствуешь аромат твоей истинной сущности - если ты на вершине твоей энергии, - если ты действительно жив и без малейшего следа печали, — ты будешь счастлив, необыкновенно счастлив; ты почувствуешь экстаз и, при этом, будешь очень спокоен; короче, в таком состоянии, где ты будешь благодарить, где ты будешь чувствовать себя благодарным, - тогда иди в свое самое сокровенное святилище. Твои мысли останутся снаружи - они «толпа». Ты идешь все глубже и глубже в свое сердце и произносишь это там так тихо, чтобы не услышать даже в уме. Тогда и нужно произнести это Слово.

В начале было Слово, и слово было у Бога, и слово было Бог.

Не существует различия между Богом и Его именем. У Него нет имени. Он сам Свое имя. Его бытие есть Его имя. Его существование есть Его имя.

Рождается ребенок. Как его зовут? Никак. Но он существует. Это существование есть его имя. Затем, из утилитарных соображений, мы даем ему имя, и постепенно мы забываем о его наличии как такового, и он сам идентифицирует себя своим именем. Если кто-то оскорбит это имя, он гневается; если кто-то хвалит это имя, он радуется. А имя ему никогда не принадлежало!

Бог есть дитя, всегда дитя, всегда невинность и чистота мира. У него нет никакого имени. Это как раз и является значением выражения: и слово было у Бога. Наличие его, существование, бытие: и слово было у Бога. Его имя есть его сущность. Не повторяйте Его имя, проникните в его сущность - это единственная возможность достигнуть Его. Или лучше забудьте о Нем совсем. Войдите в свою собственную сущность, в свое существование, и вы попадете к нему.

Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть.

Бог есть сила творящая. Сказать, что Бог есть Создатель - уже ложь; но если сказать: «Бог есть сила творящая», то непонятно. Тогда бы люди думали: зачем употреблять слово «Бог» - просто «Творящая сила» было бы достаточно. Мы говорим: «Бог есть Создатель». Но из-за этого выражения возникает много недоразумений. Когда он создал мир? Почему он не создал его раньше? Почему он создал его в тот момент, когда он его создал? Почему он создал его таким, каков он есть? Почему он не может его улучшить?

Так много страданий в мире, так много горя, а он - Создатель! Тогда Бог виноват. Если он творец, то он несет ответственность за все. Почему он не может это изменить? Так возникают всевозможные проблемы, и теологи всегда находят новые ответы на эти вопросы.

Прежде всего, эти вопросы вообще бы не возникали, если прямо смотреть на это дело. Бог не есть Создатель, он созидающая сила. Сила созидания есть его сущность. Он всегда творил. Он не может отдохнуть от своей созидающей силы. Это невозможно. Ты не можешь отдохнуть от своей внутренней природы - нет. Все, от чего ты можешь отказаться, - не есть твоя природа; то, что ты не можешь оставить, - твоя природа.

Природа Бога есть творческая сила. Он всегда творил. А другого и быть не может. Мир может существовать только таким, какой он есть. Это единственно возможное. Что бы вы ни восхваляли и ни проклинали, все равно. Это так, как если бы вы подошли к розе и спросили: «Почему у тебя только столько лепестков? Могло бы быть немного больше. Что же не получилось?» Но если бы было на пару лепестков больше, вы бы могли снова задать тот же вопрос.

Как бы ни выглядел мир, ум будет постоянно создавать вопросы. Поэтому те, кто познал, отбрасывают ум и принимают мир таким, каков он есть. Существует только две возможности - либо ты принимаешь разум и тогда ты против мира, либо ты принимаешь мир и отказываешься от разума. Все вещи являются такими, какие они есть, и они не могут быть другими. И нет никого, кому ты бы мог пожаловаться, и никого, кто бы услышал твои жалобы и смог бы что-то изменить. Бог есть творящая сила, а не Создатель.

Все чрез Него начало быть, - все сделано из Него, а не Им! - и без Него ничто не начало быть, что начало быть. И не только в прошлом - даже сейчас Бог, когда что-то созидается, есть творец; ты - только орудие созидания.

Ты рисуешь картину или сочиняешь песню. Думаешь, ты являешься творцом? В момент большой творческой силы ты исчезаешь, Бог снова начинает действовать. Таким образом, это не связано с прошлым. Где бы и когда бы ни проявлялось творчество, оно приходит через Него. Спросите великих поэтов. Все они говорят, что, когда создаются великие произведения, они, самое большее, являются пассивными приемниками. Это случалось; они не были творцами.

Идея, что ты можешь что-то создать, является просто иллюзией. Все творчество принадлежит Ему. Даже если это случается через тебя, как это обычно делается, Он является творцом. Понимание этого есть великое просвещение. Понимание этого заставляет исчезнуть эго. Понять это - значит, позволить Ему полностью овладеть тобой. Ты станешь инструментом, и во многих малых случаях станет возможным Великое. Тогда Он будет двигаться в тебе. Если ты будешь танцевать, Он танцует. Ты, самое большее, та площадка, на которой он танцует. Если ты поешь, поет Он. Ты, в крайнем случае, флейта, пустая флейта, через которую исходит Его звук. Самое большее, что ты можешь, это допустить, - но всегда действует Он.

Как раз это я подразумевал, когда говорил: «Плыви!», когда говорил: «Двигайся вместе с потоком». Допусти, чтобы Его творческая сила текла через тебя. Не подводи ее ни под какой эталон. Не навязывай ей свою волю. Если она полностью овладеет тобой, то уже больше не будет страдания, и ты перестанешь быть человеческим существом. Иисус в тебе превратится в Христа, как только ты позволишь овладеть собой. Тогда исчезнет Иисус, а появится Христос.

Христос есть принцип; Иисус есть сын плотника Иосифа. В определенный момент Иисус исчез, а появился Христос. «Христос» означает просто, что человек более теперь не человек - человек заполнен Богом. Таким же образом, когда кто-то сойдет с ума, и вы говорите: «Этот человек полон безумия», вы можете сказать: «Этот человек наполнен Богом». Теперь человека здесь уже нет.

В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.

Бог есть единственное существование, единственное бытие, единственная жизнь, единственный танец, единственное движение, единственная энергия. В океане и в волнах, в иллюзорном мире и в действительности, в мечте и во снах существует одна единственная энергия, а именно Бог. Все есть Он; Он есть все.

В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И всегда, когда ты научишься понимать это - то, что Он есть единственная жизнь, - тогда просветится твоя жизнь. Тогда ты полон света. Бог есть жизнь! Если ты это поймешь, вся твоя жизнь наполнится светом. Его жизнь станет светом в твоем понимании. Его жизнь отразится в тебе, станет светом.

И свет во тьме светит, и тьма не объяла его.

И свет сияет вокруг тебя. Жизнь окружает тебя - в птицах, в деревьях, в реке. Жизнь окружает тебя; не существует ничего другого: ты живешь в океане жизни, как извне, так и внутри; как внутри, так и снаружи бьет ключом не что иное, как жизнь. Огромный поток жизни, в котором ты просто плаваешь, как рыба.

И свет во тьме светит, и тьма не объяла его. Но вы этого не объемлете. Вы все еще отождествлены с темнотой, ваши глаза все еще закрыты. Вы слепы.

Как прекрасно понять такое:

Был человек, посланный от Бога...

Так и должно быть. Это притча; но я говорю вам, что это так и должно быть; ибо как человек, который живет в темноте, придет один к свету, опираясь только на самого себя? Без Учителя не обойтись.

Если вы крепко спите, как вы можете сами себя разбудить? Это, по-видимому, невозможно. Вам необходим кто-то, кто уже бодрствует, кто выведет вас из сна, кто даст вам толчок, благодаря чему ваша игла выскочит из привычной канавки и найдет новый маршрут. На один единственный момент вы откроете глаза, и тогда увидите.

Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн.

Пока Бог сам не сделает этого, кажется невозможным, что вы сами сможете осознать, что есть что. Так что все религии мира... Индусы говорят об аватарах; они говорят: «Человек сам так беспомощен, что должен спуститься Бог». Аватара означает, сошедшего на землю Бога. Он должен прийти сам, чтобы разбудить вас.

Это только показывает, как глубоко вы спите, и больше ничего - это не значит, что вы должны иметь фанатичную веру в то, что Бог должен явиться. Это просто показывает, что вы так крепко спите, что пока Бог не спустится к вам, для вас нет никаких возможностей. И если иногда вы пробуждаетесь, то это означает, что, вероятно, Бог спускался и разбудил вас.

Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн.

Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали через Него.

Я здесь. Если вы сможете вглядеться в меня, то вы сможете доверять тем вещам, которые бы вы сами по себе не осознали. Через меня вы сможете получить небольшое представление о том, что вы пока не можете видеть.

А Бог есть невидимое. Необходим кто-то, кто может быть очевидцем, кто может засвидетельствовать: «Да, я его знаю», тот, кто в ваших глубинах найдет отголосок, кто даст вам вкус Его, кто своим прикосновением скажет вам: «Да, Бог существует!» Бог никогда не может быть только одной верой, ибо вера бессильна. Она интеллектуальна, она занимает вашу голову, но не сможет трансформировать вас. Вашу веру вы можете нести с собой на протяжении всей жизни: она часть вашей мусорной кучи, она вас не изменит.

Доверие и вера - это различные вещи. Вера интеллектуальна; доверие - экзистенциально. Но как ты можешь доверять, пока ты не сблизишься с человеком, который может нести свидетельство, который может изречь из самых интимных глубин своей сущности: «Да, Бог есть»? Если ты позволишь себе стать для него уязвимым, чувствительным, если ты позволишь его бытию что-либо двигать в тебе, то родится доверие.

Он пришел для свидетельства - Иоанн стал свидетелем, - чтобы свидетельствовать о Свете... Он познал Свет, он пришел из Света. Вдумайся! Тот, кто когда-либо познавал Свет, осознавал также, что он пришел из Света, ибо нет иного пути в этот мир.

Ты можешь этого и не видеть, но и ты приходишь также из Света. Это самый источник - семя и источник всех жизней. Ты, возможно, этого не сознаешь, ты, возможно, забыл это; У тебя полностью утрачена память, откуда ты происходишь - первоисточник так далеко, что ты даже себя не помнишь, но тот, кто осознает Свет, немедленно осознает, что он происходит из Света. Он, фактически, немедленно осознает: «Я - Его, я и есть Он. Мой отец и я - одно». Как вверху, так и внизу.

Он провозгласит то, что также провозглашали пророки упанишад: «Ахам Брахмасми... Я есть Это». Или он скажет как Мансур: «Аналахак... Я есть истина». Или как Иисус: «Я и мой отец - одно». Иисус говорит: «Если ты доверяешь мне, ты доверяешь также Тому, кто послал меня; если ты меня любишь, ты любишь и Того, кого ты еще не знаешь».

Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали через Него. Иоанн есть врата, окно, через которое вы можете бросить взгляд на далекие вершины Гималаев.

Он не был свет, но был послан, чтобы свидетельствовать о Свете.

Это необходимо понять; это одна из действительно существенных вещей. Всегда, когда появляется такой человек, как Иисус, ему предшествует другой, который подготавливает для него почву. Так должно быть, потому что необходима подготовленная почва. Жизнь есть великая непрерывность; все взаимосвязано, все есть единое целое. Иоанн пришел, чтобы подготовить землю, ибо там было много нечисти, росла трава, и тысячи деревьев превратили землю в глухие заросли. Нужно было расчистить пашню, убрать сорняки, подготовить почву. Только тогда смог прийти садовник и посеять новые семена.

Всегда, когда появляется такой человек, как Иисус, ему предшествует другой; поэтому Евангелие говорит: Он не был свет, но был послан, чтобы свидетельствовать о Свете - он пришел, чтобы подготовить почву.

Пришел к своим, и свои Его не приняли.

Он пришел, чтобы помочь. Он пришел, чтобы исполнить страстное желание веков. Пришел к своим, и свои Его не приняли. В этом и ирония, но так всегда случается. Иисус родился иудеем: иудеи не примут его. Будда родился индусом: индусы не примут его. Так всегда было. Почему? Потому что всякий раз, когда рождается человек, такой как Иисус или Будда, он является таким мятежником, что весь установившийся порядок нарушается.

Обычный человек живет в прошлом. И для него прошлое важнее, так как прошлое прочно установилось и укоренилось. Он многое поставил на прошлое, многое вложил в прошедшее. Если я, например, приду и скажу, что вы неправильно молитесь, - а вы уже так молитесь пятьдесят лет, - то многое для вас становится поставленным на карту. Веря мне, вы также думаете, что ваши пятьдесят лет прошли напрасно. Поверить мне - значит поставить под сомнение пятьдесят лет вашей жизни. Поверить мне, значит понять, что на протяжении ваших пятидесяти лет вы были глупцом. Это уж слишком! Лучше вы будете бороться, защищаться.

А если речь идет о целом народе... На протяжении тысячелетий народ совершал определенные вещи, а затем приходит Иисус и все переворачивает вверх дном. Все снова становится хаосом. Он наводит смуту, разрушая все то, что казалось таким важным. Он должен это делать, ибо теперь он принес вам истину. Но вы много столетий думали, что истинным для вас является нечто другое. К чему же теперь склониться - к Иисусу или к собственному долгому прошлому? Что выбрать - Иисуса или традицию?

Знаете ли вы, откуда происходит слово «традиция»? Оно происходит из той же основы, что и английское слово trade - «торговля». Оно происходит из той же основы, что и английское слово traitor - «предатель». Традиция есть trade - торговля скотом, бизнес. И традиция является также предательством.

Традиция верит в определенные вещи, которые не являются истиной, - традиция есть предательство истины. Всегда, когда появляется истина, это приводит к конфликту. Вы это здесь сможете заметить. Я родился как джайн, джайны не хотели признавать меня. Вы здесь можете найти христиан, иудеев, мусульман, индусов, буддистов, - но очень немного джайнов. Для них невозможно признать меня. Пришел к своим, и свои Его не приняли.

Джайны слишком настроены против меня. Индусы не так сильно настроены против меня, но все же немного есть. Но христиане - нет. Иудеи - абсолютно нет. Чем дальше, тем меньше противодействие. Я родился джайном; джайны - это небольшая общность, со всех сторон окруженная индусами. Джайны - это почти индусы; следовательно, джайны очень настроены против меня. Индусы несколько менее, христиане и иудеи еще менее. Чем дальше, тем меньше вражда. Это делает понятным, почему сюда стремится так много людей из многих различных стран, а индийцев не так уж много. С индийцами проблема: их традиция поставлена на карту. Если вы верите мне, то, что же делать с традицией? Вы должны от нее отказаться.

Вот почему вы видите вокруг меня больше молодых людей, чем стариков, ибо молодые люди не вложили так много в свое прошлое. Наоборот, молодой человек смотрит в будущее, старый - в прошлое. Молодой человек имеет будущее. Старый человек имеет только прошлое. Будущее означает смерть: вся его жизнь есть прошлое. Поэтому если ко мне приходит семидесятилетний старец, то очень трудно изменить его, так как против меня будут бороться его семьдесят лет. Если же ко мне приходит семилетний мальчик, маленький Сиддхартха, то еще не с чем бороться. Он может доверять безоговорочно, ничто этому не препятствует - у него нет прошлого, а только будущее. Он может рисковать, отваживаться на что-то. Ему нечего терять. Но старому человеку... ему есть что терять. Если, таким образом, появится «пандит», один из тех, кто слишком много знает, не зная в действительности ничего, он полон сил бороться, он готов выставить всевозможные аргументы, он будет защищаться. У него есть многое, что можно потерять. Но если придет невинный человек и скажет: «Я знаю немного», - тогда он раскован, он готов отдаться.

Пришел к своим, и свои Его не приняли.

А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божьими.

И Слово стало плотию...

Очень мало людей пришло к Нему. Иоанн жил вблизи реки Иордан, в дикой местности, за пределами городов и деревень. Только люди, которые истинно хотели преобразиться, искали его и приходили к нему. Приходили очень немногие, но тем, кто пришел... верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божьими. Те, кто смог довериться, были преобразованы. А он готовил почву. Это были первые люди, подготовленные к появлению Иисуса.

И Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу как единородного от Отца.

И слово стало плотию - одно из самых прекрасных выражений Евангелия - и обитало с нами. Иисус есть то Слово, ставшее плотью: человеческое воплощение Бога. Тайное стало явным: таинство стало обнаженной истиной. Все двери в храм открыты.

И Слово стало плотию и обитало с нами... Иоанн создал ситуацию, ибо слово может воплотиться в плоть только тогда, когда тот, кто его слышит, готов.

Если вы готовы, я могу вам сказать, что я несу в своем сердце. Если вы не готовы, невозможно этого высказать. Это было бы бессмысленным. Кроме того, это вообще нельзя рассказать до тех пор, пока вы еще не готовы. Как только сердце будет готово, оно станет посланником, который передаст истину, которую я несу в своем сердце. Тогда сердце с сердцем сможет разговаривать, одна глубина сможет отвечать другой.

Иоанн создал одну группу, маленькую группу избранных людей, которые смогли довериться, которые оказались способными смотреть глазами доверия. Только тогда возможен Иисус. Не забудьте: только если слушающий готов, можно говорить об истине.

Я на протяжении многих лет путешествовал по этой стране из года в год - только чтобы найти людей, способных так измениться, чтобы все, что я ношу в себе, «смогло воплотиться в плоть», могло быть высказано. Сегодня люди меня спрашивают, почему я никуда более не иду? Эта работа уже позади. Теперь все, кто готов, придут ко мне. Это теперь единственный путь.

Поэтому я не хочу, чтобы приходили массы и толпы людей - ибо, если они придут, я не смогу рассказать о том, что я несу в себе... И я не хотел бы это вам сообщать до того, как я приду. Если вы готовы, то тогда, и только тогда может спуститься на вас нечто из запредельного.

И Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу как единородного от Отца. И это действительно нужно понять, так как христиане постоянно толковали это неправильно. Они утверждали, что Христос есть единственный рожденный сын Бога. Конечно, в определенной мере это так, — но не так, как утверждают это христиане.

Будда тоже единственный рожденный сын Бога, и Кришна - единственный рожденный сын Бога. Не забудьте, что я подчеркиваю: единственный рожденный сын Бога. И я единственный рожденный сын Бога, и ты единственный рожденный сын Бога. Но почему тогда «единственный рожденный»? Если они все Его сыновья, почему мы так говорим?

Это имеет определенное значение, определенный смысл — нужно так говорить. Это так с любовью ты говоришь женщине: «Ты единственная, единственная прекрасная женщина мира». Не то, чтобы это было так в действительности, но в определенный момент вашей любви это правда. Это не обычный факт, это истина. Если ты говоришь женщине: «Ты единственная прекрасная женщина на земле, которая когда-либо существовала или которая когда-либо будет существовать», то это не означает, что ты знаком со всеми женщинами, которые когда-либо существовали или будут существовать. Как ты можешь знать это, как ты можешь сравнивать? Это не логический факт, это поэтическое восприятие.

В такой момент любви и речи не может быть о статистике. Какой-нибудь логик может выдвинуть аргумент: «Подождите! Разве ты знаешь всех женщин, которые существуют в настоящее время в мире? Разве ты искал, вглядывался, разве ты установил, что это самая прекрасная женщина в мире? Что ты говоришь? Ты используешь язык сравнений».

Но вы ответите: «Меня не беспокоят другие женщины, и это не сравнение. Я не сравниваю; я просто говорю истину о своих чувствах. Это не факт внешнего мира; это истина моего внутреннего ощущения. Это то, что я чувствую: это самая прекрасная женщина в мире. Я ничего не говорю о женщине; я говорю нечто о своем сердце. Я не знаю всех женщин; в этом нет необходимости». Это не сравнение. Это просто чувство. Вы настолько одержимы своими чувствами, что не сказать так, было бы неестественным.

Если ты любишь Иисуса, он есть единственный сын Бога. В этом смысле фраза звучит правильно. Он говорит: ...славу как единородного от Отца. «Как» - как будто бы он действительно единственный сын отца. Тот, кто влюблен в Иисуса, - для него он действительно единственный рожденный сын Бога. Тем самым ничего не говорится о Будде или против него. Они не сравниваются.

Вот что я имею в виду, когда говорю, что Будда тоже единственный сын Бога, и мы тоже. Каждый в этом мире единственный, неповторимый. Раз ты достиг своей внутренней самореализации, то ты есть единственный сын Бога - как если бы все существование существовало для тебя и только для тебя. Деревья цветут для тебя, и облака собираются для тебя, и реки текут для тебя, и птицы поют для тебя. Если ты достигнешь, ты станешь единственным центром творения.

Или, если ты влюбишься в Будду, Иисуса или кого-либо еще - это высказывание любящего не должно восприниматься как факт. Это поэтическое выражение. Его нельзя использовать как аргумент. Это вообще не аргумент. Вы говорите нечто, что идет от сердца.

И Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины... Где истина, там и благодать. А где благодать, там и истина.

Попробуйте это понять. Ты имеешь благодать только в том случае, если ты истинен. Если в тебе есть ложь, она препятствует твоей благодати, эта ложь отравляет твою красоту, ибо эта ложь должна быть сокрыта. Никто о ней не должен знать. Ты не можешь быть открытым. Ложь делает тебя замкнутым.

Пока ты лжешь, ты не можешь быть свободным и спокойным. Ты погружаешься в обман. Таким образом, я не говорю, что ложь плоха тем, что она вредит другим, — нет. Она плоха тем, что ты упускаешь свою благодать. Обман плох не потому, что ты обманываешь других; обман плох, потому что он не дает тебе плыть по течению, и ты не будешь плыть. Ты начнешь отвердевать. Во многих местах ты будешь застревать, умирать. Ты будешь заблокирован в своем существовании.

Посмотрите на ребенка. Каждый ребенок очарователен. Куда же все это исчезает? Если каждый ребенок приносит с собой в мир благодать, то куда она исчезает? Постепенно она теряется, и каждый становится неуклюжим и отвратительным. Редко кому удается остаться таким очаровательным, каким он был, будучи ребенком. Что же здесь происходит? Почему ребенок очарователен?

Видели ли вы когда-нибудь ребенка, которого можно было бы назвать уродливым? Нет, такого никогда не было. Ребенок - и отвратительный? Невозможно! Все дети, без исключения, прекрасны. Они свободны и они правдивы. Если они хотят плакать, они плачут. Если они хотят смеяться, они смеются. Если они разгневаны, они гневаются. А если они полны любви, то они полны любви. Они верны данному моменту, они никогда ничего не симулируют.

Однако очень быстро они обучаются политике. Очень быстро они заучивают: «Если я улыбнусь матери, то это ее порадует. Так ее легче уговорить». Ребенок становится политиком! Он выжидает. Внутри он может сердиться, но как только покажется мать, он улыбнется, так как это единственный путь получить мороженое. Теперь улыбка фальшива, а фальшивая улыбка отвратительна, потому что она не содержит всю сущность - это что-то нарисованное снаружи. Позднее все больше и больше вещей рисуется, собирается все большее и большее количество лиц, а сущность теряется. Тогда вы становитесь безобразны. Истина и благодать идут всегда рядом. Истина есть благодать, а благодать есть истина.

Евангелие определяет сущность Иисуса совершенно точно: истина и благодать. Он был истинен, глубоко истинен, предельно истинен. Как раз потому попадал он в затруднительные положения. Быть вынужденным жить с обществом, в котором совершенно нет истины, означает попадать в затруднительное положение.

И благодать. Он не был ни политиком, ни проповедником. Он просто любил жизнь и жил. Он был здесь не для того, чтобы что-то проповедовать. У него не было догмы, которую нужно было бы насаждать, он не хотел навязывать людям никаких идей. Он не делал ничего иного, кроме того, что вел чистую, блаженную, свободную жизнь. Он был заразителен. С кем бы он ни ходил, кто бы ни соприкасался с ним, сразу магнетизировался, гипнотизировался. Этот человек был ребенком, невинным ребенком. Людей влекло к нему. Они бросали свои дома, свою работу и просто следовали за ним.

Он не был проповедником, он не дал миру какую-нибудь политическую революцию, не принес в мир никакой реформации. Он только показал, как жить, двигаясь вместе с потоком. И как раз в этом заключалась проблема, так как иудеи принадлежали к самому репрессивному народу в мире. Очень репрессивные, очень моралистичные - пуритане. В этом была проблема. Они живут по закону. А закону нужно следовать.

Конечно, у них все идет очень успешно - в мирских делах. Если ты придерживаешься закона, ты обретешь успех. Если ты ориентируешься на любовь, ты поневоле станешь неудачником. Это несчастье, это беда, но это так: закон имеет успех, любовь несчастна — в мире. В Боге: любовь преуспевает, закон — неудачник. Но кто беспокоится о Боге?

Евреи слишком большие законники, очень хорошие граждане, и, куда бы они ни направились, они везде имеют успех, так как они всегда держатся за закон. Они живут расчетливо. Поэтому большинство Нобелевских премий в мире получают они. Никто не может конкурировать с ними. Они очень талантливы в деловой жизни, очень успешны в политике. Что бы они ни делали, они делают как раз то, что является наиболее правильным. Но они очень формальные пуритане, тесными узами связанные с разумом.

А Иисус начал говорить о любви. Евангелие говорит:

И от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать.

Ибо закон дан чрез Моисея, благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа.

Ибо закон дан чрез Моисея. Моисей есть основа иудаизма. Естественно, он был необходим, ибо пока нет закона, любовь невозможна. Закон есть долженствование, необходимость, но этого недостаточно.

Моисей дал миру закон. Люди были примитивны, некультурны. Моисей создал общество, причем одно из самых устойчивых обществ вообще - еврейское. Моисей, должно быть, был действительно великим гением, ибо он дал закон, и евреи пережили всевозможные катастрофы. Он, вероятно, дал им очень прочные основы. Но он был законодателем, так же как Ману был законодателем для индусов. Моисей есть Ману евреев. Он дал закон.

Мне хочется рассказать вам небольшую историю. Однажды Моисей проходил мимо человека, который молился. Но молитва его была настолько абсурдной - не просто абсурдной, а даже богохульной, - что Моисей остановился. Это было совершенно против закона. Лучше вообще не молиться, чем так. Да, человек говорил совершенно невероятное: «Позволь мне приблизиться к тебе, господин мой Бог, мой Господь, и я обещаю тебе, что буду мыть твое тело, если оно испачкается. Даже если на нем будут вши, я буду снимать их... и я хороший сапожник, я сделаю тебе удивительные башмаки. Ты ходишь в таких древних башмаках - грязных, совершенно изорванных... И нет никого, Господи, кто бы позаботился о тебе! Я буду о тебе заботиться. Если ты заболеешь, я буду ухаживать за тобой и давать тебе лекарства. А к тому же я хороший повар!»

Такое высказывать в молитве! Моисей сказал: «Достаточно! Кончай это безобразие. Что ты болтаешь? С кем ты разговариваешь - с Богом? У него на теле есть вши? А его платье разве грязно? И ты хочешь стать его поваром? Кто тебя научил такой молитве?»

Человек ответил: «Никто. Я бедный и необразованный человек и не умею молиться. Я сам это выдумал. У меня много забот со вшами, у Него, по-видимому, тоже. А иногда еда не очень вкусна, моя жена не очень хорошая повариха, и у меня рези в животе. Отсюда я и составил свою молитву. Но если ты знаешь, как правильно молиться, научи меня».

Моисей научил его правильно молиться. Человек склонился перед Моисеем, поблагодарил его со слезами на глазах и убежал. Моисей был очень доволен. Он думал, что совершил хороший поступок. Он взглянул на небо, чтобы увидеть, как отнесся к этому Бог.

А Бог был очень разгневан! Он сказал: «Я послал тебя, чтобы ты сблизил меня с людьми, а ты оттолкнул одного из самых блестящих моих приверженцев! Теперь он будет правильно молиться, но это уже вообще не будет молитвой – ибо, что общего имеет молитва с законом? Молитва - это любовь. Любовь - сама закон. Ей не нужен дополнительный закон».

Но Моисей был законодатель. Он основал общество; он принес десять заповедей. Эти десять заповедей до сих пор являются основными положениями всего западного мира - как иудейского, так и христианского или мусульманского. Все три религии зиждутся на законе Моисея.

Таким образом, мир знал только двух законодателей: Восток знал Ману, Запад - Моисея. Индусы, джайны и буддисты получили закон через Ману. Их закон происходит от Ману, а Моисей дал закон мусульманам, христианам и иудеям.

Эти два законодателя создали весь мир. И что-то здесь должно быть: оба начинаются с «М» - Ману и Моисей. Позднее придет Маркс, третье «М» - Китай и Россия, им закон дал Маркс. Вот они, три великих «М» - законодатели.

Ибо закон дан чрез Моисея...

Закон для общества, любовь для индивидуума. Закон интересуется тем, как ты общаешься с другими; любовь - как ты общаешься с самим собой. Любовь есть внутренний расцвет. Закон определяет внешние свойства. Так как ты живешь с людьми, ты должен действовать по закону, но этого недостаточно - хорошо, но недостаточно. Если человек просто верит закону, он мертв. Он будет хорошим гражданином, но он мертв. Закон может быть фундаментом общества, но не собственно зданием. Вы можете жить на законе, но вы не сможете жить в нем. У него для этого нет места. Для этого необходима любовь.

Иисус был завершением Моисея. Что начал Моисей, то довел до конца Иисус; но иудеи не признали его. Что начал Ману, то довел до конца Будда, но индусы отвергли его. Иисус или Будда для Маркса должен еще родиться. Однажды он придет, но коммунисты не признают его.

Люди ориентируются на закон. Тогда кажется, что любовь против закона. В действительности закон необходим только для того, чтобы стала возможной любовь. Закон необходим, чтобы люди жили в мире и могли любить. Закон не есть самоцель, это средство, цель - любовь. Но людям, которые слишком опираются на закон, любовь сама по себе кажется незаконной. Они боятся любви, ибо - кто знает? - это приведет на опасный путь.

Любовь - это безумие; закон - это расчет. Закон надежен. Общество может с его помощью принимать решения. Но любовь ненадежна... кто должен решать? Любовь не знает правил, она не расчетлива, она - поэзия. Это опасно. Любовь всегда дика, а закон всегда социален.

Не забывайте: будьте законны, но не довольствуйтесь этим, иначе вы прожили напрасно или более того - вы вообще не жили. Будьте законны, если вы вне закона, у вас возникнут осложнения. Вы должны вращаться в обществе, вы должны следовать определенным правилам, но это только правила. В них нет ничего предельного, ничего божественного.

Позвольте мне высказать такое: Десять заповедей придуманы Моисеем. Они пришли не от Бога, это исключено. Эти Десять заповедей есть правила человеческой игры. «Не укради!» - так как собственность принадлежит частным лицам. Но если правила игры изменятся и собственность станет коллективной, тогда «Не укради» больше не будет законом. Или, если однажды мир действительно разбогатеет и будет так много всего, что никто больше не будет красть. Воровство возможно, пока есть бедность. Если люди голодны и бедны, они воруют. Но если общество однажды разбогатеет - что вполне реально - и будет избыток во всем, то есть всего и всем достаточно, кто тогда станет воровать? Тогда эта заповедь отпадет.

Десять заповедей - явление общественное. Моисей дает закон. Иисус дает истину, благодать, любовь. Любовь идет от Бога, закон от ума. Любовь - от Бога, закон - от человека. А с любовью приходит и благодать, с любовью приходит и истина. Не забывайте этого, ибо для того, чтобы понять Иисуса, необходимо понять феномен любви. Для того чтобы понять Иисуса, необходимо понять сложность благодати. Для того чтобы понять Иисуса, необходимо понять истину. И не забудьте: если вы сможете понять истину, она сделает вас свободным. И никакого другого освобождения не существует.

Добавить комментарий

Уважаемые посетители библиотеки YogaLib.ru! Вы можете оставить свои комментарии к понравившимся книгам или статьям, используя данную форму. (сообщения рекламного характера будут незамедлительно удаляться)


Защитный код
Обновить


Голосование

Кого по вашему мнению можно называть настоящим йогом?

Кто умеет входить в состояние самадхи - 16.2%
Кто учился в Индии и получил посвящение Учителя - 3.9%
Кто занимается 7 раз в неделю йогой по нескольку часов - 3.7%
Кто обладает хотя бы парочкой сиддх, или сверхпособностей - 1.5%
Кто постоянно голодает, ставит клизмы и ест только овощи - 1.6%
Кто смыслом своей жизни видит слияние с Высшим - 45.3%
Ни один из перечисленных вариантов - 27.8%

Всего голосов: 1000
Голосование окончено on: 04 Окт 2013